Отрывок из книги:
ПОУЧЕНИЯ ОПТИНОЙ ПУСТЫНИ
ИЕРОМОНАХА НИКОНА ПАМЯТИ ОПТИНСКОГО СТАРЦА ИЕРОСХИМОНАХА АМВРОСИЯ

Ныне мы празднуем 100-летний юбилей со дня рождения приснопамятного старца Оптиной Пустыни Иеросхимонаха Амвросия. А потому, весьма благовременным казалось бы воспомянуть о жизни и деятельности сего старца. Слава об этом великом во смирении своем старце, облеченном дарами св. Духа распространялась при жизни его по всей православной России. И теперь еще память о нем свято чтится и живет в сердцах верующих, ибо память праведного с похвалами и в роде родов не изгладится. Многие испытали на себе благодатную силу его св. молитв, старческих мудрых советов, которые часто изменяли все направление жизни человека, возрождали его духовно, подымали упавший дух и обращали его к Богу. "Не возжигают светильника и не поставляют его под спудом, но на свещнице, да светит всем, иже в Храмине суть", то есть, в церкви Христовой. Эти евангельские слова вполне приложимы к старцу о. Амвросию, который бежал из мира, желая укрыться в пустыне, но как верный раб Господа и достойный служитель слова был поставлен на свещник старчества. И вот, чтобы живо представить себе эту высокую, светлую личность, побеседуем, насколько позволяет время и место, о том, как началась и текла жизнь Батюшки о. Амвросия.

Отрывок из дневника:
Как-то тоже я пришел к батюшке, сказал, что нужно было. Потом хотел было уже уходить, как батюшка (спаси его, Господи!) вдруг сказал: "У меня есть до вас дело, погодите..." Батюшка ушел к себе и через несколько минут возвратился и дал мне один фунт чая Губкина-Кузнецова в два рубля, мы стали говорить о чае, о чайных фирмах. Затем батюшка сказал: "Пока, слава Богу, есть еще большие богатые фирмы русские, мы еще можем получать более, или менее хорошие чаи. Но везде пробираются евреи. Везде кричат: Высоцкий! Высоцкий! А какой у него чай? Он в чай подбавляет дубильной кислоты. У него чай в два рубля тридцать копеек кажется может быть хорошим, так я сравнил с нашим братским в один рубль шестьдесят копеек (Губкина-Кузнецова), наш гораздо лучше. Удивляюсь, как он может конкурировать с большими нашими русскими фирмами в Москве, Петербурге. Страшно подумать, чем нас они (евреи) будут поить, когда возьмут верх над русскими. Я уж не доживу, а вы доживете до таких времен, попомните мои слова..."

Отрывок из дневника:
Из трех тетрадей Дневника послушника Николая Митрофановича Беляева (1888–1931) (впоследствии иеромонах Никон, последний духовник Оптиной пустыни перед ее закрытием в 1927 г., исповедник; канонизирован в сонме Преподобных Старцев Оптинских Архиерейским собором Русской Православной Церкви 1996 г.), осталась только одна, из которой утеряно несколько начальных страниц. Но и на основании сохранившегося текста можно составить достаточно полную картину о духовных поисках будущего старца, о его первых шагах в подвижнической жизни, о его исключительных для нашего времени взаимоотношениях с духовным наставником. Перед читателем живо предстают два ярких образа – начальник Оптинского скита, духовник обители, старец и по духовному, и по телесному возрасту преп. Варсонофий и, с другой стороны, двадцатилетний юноша, искатель Истины, решившийся стать на путь не рассудочного только, но деятельного Ее познания. Дневниковые размышления самого послушника Николая и, тем более, записанные им наставления старца Варсонофия представляют собой одну из последних ценных страниц двухтысячелетней духовной традиции Православной Церкви – традиции борьбы со страстями, делания заповедей, молитвы…